Информирование пациентов относительно профилактики онкологических заболеваний должно быть заботой не только медиков, поэтому мы обратились с предложением разговора на эту трудную тему к руководству МУК ЦРБ им. Семашко. Наш собеседник сегодня — главный врач серпуховского отделения онкологии Николай Богомолов. Он имеет многолетнюю практику, отделение возглавляет с 2008 года.
— Николай Алексеевич, серпуховские больные жалуются на тесноту помещения, коридор и кабинеты крохотные, а в очереди на приём собирается немало людей. Наверняка есть нормативы метража, и почти наверняка у нас они нарушены.
— Да, помещение проблематичное, тесное. Но управление здравоохранения арендует его у города. И с этим вопросом лучше обратиться в мэрию. А вообще по нормативам онколог должен принимать в час трёх пациентов, то есть на одного больного — по двадцать минут. Нам по количеству больных не хватает медперсонала, нужно ещё два доктора и две медсестры… Конечно, толпиться в узком коридоре пациенты не должны — кто-то после операции, кто-то просто стоять не может… Но у нас не онкодиспансер. Зато мы имеем двадцать коек в стационаре, есть возможность хирургического лечения: делаем полостные операции, на коже, молочной железе, урологические операции. Есть хорошее оборудование, например, лучший в городе маммограф, эндоскопическое оборудование, позволяющее выполнять гастроскопию, бронхо- и колоноскопию, есть хорошие специалисты в области хирургии. Наш стационар также закупает некоторые препараты для химиотерапии.
— Насколько помню, глава города обещал на первых порах приобрести для города томограф.
— Пока есть только коммерческий томограф, в МСЧ № 8. И вряд ли в будущем Серпухов обзаведётся другим — слишком уж дорогое удовольствие. Нет томографа и в близлежащих городах — Чехове, Протвине, Пущине, Тарусе.
— Наблюдаете ли вы рост числа онкобольных в Серпуховском регионе, и выделяется ли Серпухов по этому фактору среди других городов Подмосковья?
— Серпухов в статистическом выражении ничем не отличается от других городов. С ростом онкозаболеваний по стране увеличивается и наш показатель, но не более. В целом, относительно области у нас нет превышения цифр заболеваемости. Онкология зачастую обрастает мифами. У обывателя страх перед онкозаболеванием так высок, что порой забывается другое: есть более сложные и часто встречающиеся у россиян заболевания — ишемическая болезнь сердца, инсульт, гипертония. Смертность среди раковых больных у нас далеко не на первом месте. В Серпухове и районе на онкоучете состоит 5760, из них 2700 человек проходят лечение свыше 5 лет. В 2011 году встало на учёт 600 человек, с учётом предыдущих заболеваний погибло 390 пациентов. Среди впервые взятых на учёт — одногодичная летальность в 2011 году составила 73 человека. Информации по заболеваемости среди детей у нас нет, поскольку дети наблюдаются в областном детском онкоцентре в Балашихе.
— Есть информация, что по числу онкобольных Россия лидирует в мире. Так каковы шансы у людей с диагностированной опухолью? Стоит ли обращаться к нетрадиционной медицине?
— Всё зависит от патологии, от очага поражения, от качества раковой клетки. Вспомните Джуну. Когда стали изучать её методику, то выяснилось, что её пациенты выживают или погибают в том же процентном соотношении, как при лечении у врача-онколога. Дело в том, что есть заболевания, схожие с раком даже на молекулярном уровне, но здесь излечение наступает как бы само собой. А самолечение отсекает у больного как минимум двадцать лет жизни. Визит к врачу при малейших подозрениях — обязателен. Если на теле возникла шишка или уплотнение, их нельзя греть, растирать и прочее — рекомендации даст врач. Мы часто сталкиваемся с тем, что больные необратимо ускоряют ход болезни самолечением.
— Как дело обстоит с приобретением дорогостоящих лекарств? Люди с онкозаболеваниями зачастую вынуждены приобретать их за свой счёт, а промедление здесь может быть «смерти подобно».
— Работа докторов с каждым годом всё более бюрократизируется, приходится заполнять огромное количество различных документов. Мы, врачи, ежемесячно отправляем заявки на лекарства для всех, состоящих на онкоучёте. Но выбор ограничен государственным перечнем лекарственных препаратов. Раньше, в советское время, больной получал рецепт на одном бланке от врача и приобретал препарат в аптеке. Основная масса лекарственных препаратов для онкобольных стоит чрезвычайно дорого, такие медикаменты отпускаются по решению контрольно-экспертной комиссии минздрава Московской области. Чтобы получить рецепт на дорогостоящий препарат, необходимо иметь рекомендации областных специалистов. Если больной — инвалид, необходимы ещё документы из Пенсионного фонда. Бумаги направляются в Москву, где раз в месяц собирается контрольная комиссия и эксперты решают, кого из больных обеспечить требуемым лекарством, кого представлять на консультацию в другое лечебное заведение, а кому рекомендовать аналогичный, но менее дорогой препарат. Конечно, на это уходит значительное время… И больной всё это время ждёт. Оставшаяся часть медпрепаратов из разряда недорогостоящих проводится по решению центральной врачебной комиссии, она заседает раз в неделю в управлении здравоохранения. В такой ситуации больным, остро нуждающимся в препаратах стоимостью в сотни тысяч рублей, остаётся надеяться на помощь благотворительных фондов и неравнодушных людей. Я бы хотел акцентировать внимание ещё на одной проблеме — в Серпухове должен появиться хоспис, где тяжелобольные получали бы психологическую помощь и адекватную симптоматическую терапию. В хосписе должен работать терапевт и психолог, обычно туда приходят священники, чтобы морально поддержать больного. В городе на 400 тысяч населения хосписы обычно имеют 30 койка-мест. В нашем регионе нужно такое заведение на 10-15 мест.
POST SCRIPTUM
Разговор лишь обозначил некоторые аспекты проблемы. Но и из сказанного можно понять многое. Во-первых, самолечение — не метод. Но, во-вторых, можно себе представить отчаяние больных и их близких, когда счет идёт на дни, а сложившаяся система требует соблюдения каких-то правил: томления в очередях, ожидания нужного штампа и согласования, отсутствия лекарств в аптеках в момент, когда они остро необходимы…
Вот и получается, что, с одной стороны закон гарантирует бесплатное обеспечение лекарствами, а с другой — выделяемых госбюджетом средств категорически недостаточно: 500 рублей — на федерального льготника, в то время как один лечебный курс онкологического больного обходится в сумму от нескольких до сотен тысяч рублей, протяжённостью в несколько месяцев. Поэтому часто жизнь такого пациента ставится в прямую зависимость от того, сколько людей откликнется на его боль с пожертвованием…
Специалисты предупреждают, что каждый такой случай может оказаться роковым
В Подмосковье растет число пострадавших от укусов клещей.
